Безупречный Игнатович

В Отделе личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина открылась выставка "Борис Игнатович — классик советской фотографии".

Собранная из частных коллекций и фондов музея выставка сделана безупречно — лучшие снимки, лишь авторские отпечатки (винтаджи), умная развеска, хороший каталог. Так и положено классику

На вернисаже кельнский галерист Алекс Лахман, представивший на выставку снимки из собственной коллекции, сказал о том, что имя Игнатовича известно во всем мире, и пора, дабы его определили и в Российской Федерации. Обращение очевидно запоздала — имя Игнатовича, как и Родченко, известно и почитаемо у нас всеми, кто знает отечественную фотографию. Так, что на выставке время от времени казалось, что все 90 фотографий не просто видены, но выучены наизусть.

И дело не только в том, что два года назад Столичный дом фотографии сделал громадную выставку к 100-летию Игнатовича, и не в том, что его фотографии входят в любую экспозицию о советской цивилизации. Легко они многим привычны с детства — это советские иконы, каковые постоянно воспроизводят. Игнатович — один из основных создателей яркого образа советской республики и СССР индустриализации и эпохи коллективизации. Эра в его фотографиях выглядит хорошо — в остром новаторском ракурсе, в массовом и личном энтузиазме, в едином неизбывном романтизме и творческом порыве. Кроме того тогда, в то время, когда в кадре не люди, а механизмы.

Игнатович обожал то, что снимал — спортивную молодежь, крестьянскую бедноту, разливающуюся сталь, Исаакиевский собор, снятый с борта самолета, американский трактор "Фордзон" и оседлавшего его мальчишку в телогрейке. Обожал буквы революционных транспарантов, он превосходно снимал вывески, лозунги, надписи, такое у него было пристрастие. В полной мере понятное во времена эффективности и небывалого расцвета идеологической демагогии. Перечень выставок Игнатовича огромен, его выставляли практически каждый год — с 1926 года до наших дней.

И в славе, и в опале. А он всю жизнь жил в коммуналках и для маленькой лаборатории в подвале трудился фотографом в ЖЭКе. Но нынешняя выставка — не предлог сказать об идеологии, возможностях и тоталитаризме фотографии манипулировать восприятием. Все это в далеком прошлом стало неспециализированным местом, но о виртуозном мастерстве фотографа Игнатовича, сказать нужно.

Не только о "левых" диагональной композиции и приёмах кадров, но об совершенном соотношении статики и динамизма, отчего любой снимок думается монументальным и большим, о гармонии повествовательного и пластического, о балансе случайного и обобщенного и о неизменно хорошем взоре на мир, кроме того в военных съемках. Таковой солидной, отвлечённой выставки, как в Пушкинском, Борис Игнатович в далеком прошлом хорош. О художественных изюминках его творческой жизни и фотографий в каталоге к выставке совершенно верно написал Александр Лаврентьев, а о жизни и людских качествах — вдова фотографа Клавдия Игнатович, одна из организаторов данной выставки. Прямая речь: Клавдия ИГНАТОВИЧ, вдова фотографа Бориса Игнатовича: — Клавдия Николаевна, были годы, в то время, когда вашего мужа обвиняли в формализме, как он к этому относился? — Но мы не говорили об этом.

В то время, когда его в чем-то обвиняли, он просто уходил в себя. Он был уверен, что новую судьбу нужно снимать по-новому. По большому счету он весьма трепетно относился к этим годам. Но в один раз, переезжая из одной коммуналки в другую, я отыскала целую коробку негативов — авангард высшего класса! Как он про них забыл, я ума не приложу. Сейчас я это медлено печатаю и выставляю. — А как он относился к Родченко?

Была борьба? — Они были прекрасно привычны, но семьями не дружили. А так Игнатович уважал всякую творческую личность. И Родченко, само собой разумеется, весьма уважал. — А с кем он был дружен? — Он полностью был поглощен творчеством. Понимаете, я так как не первая его супруга.

Из каждой жены он делал звезду. А позже звезде хотелось жить нормально, и она его оставляла. — А вы жили не нормально? — Ну мы ездили отдыхать, ходили на пляж. Но все подчинялось работе. Если он увлекся работой — то уже никуда не отправится. И вдобавок он был таким эстетом, на фильм Юткевича отправится, а на Герасимова — нет. — У вас остался архив, вы что-то реализовываете. Это поддерживает вас материально? — Вообще-то оказывает помощь, но мне большое количество не нужно.

Если бы когда-то Пушкинский музей внес предложение нам подарить архив, мы бы подарили. Но нам внесли предложение приобрести, и мы реализовали. А что вы думаете об этом? Написать комментарий

// пятница, 14 июня 2002 года

Безукоризненный Игнатович

В Отделе личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина открылась выставка "Борис Игнатович — классик советской фотографии".

Собранная из частных коллекций и фондов музея выставка сделана безупречно — лучшие снимки, лишь авторские отпечатки (винтаджи), умная развеска, хороший каталог. Так и положено классику
скопируйте данный текст к себе в блог:

// пятница, 14 июня 2002 года

Безукоризненный Игнатович

В Отделе личных коллекций ГМИИ им. А.С. Пушкина открылась выставка "Борис Игнатович — классик советской фотографии".

Собранная из частных коллекций и фондов музея выставка сделана безупречно — лучшие снимки, лишь авторские отпечатки (винтаджи), умная развеска, хороший каталог. Так и положено классику Iiainoe NIE2 ? Новости net.finam.ru