Дело Григорьевой

В последних числах Июня в Петербурге должно состояться очередное, 9-е, совещание суда по иску Надежды Григорьевой (фамилия поменяна) против частного медучреждения. Доктора данной поликлиники, куда она легла на плановую и несложную операцию, якобы без ведома пациентки удалили пара ответственных внутренних органов. В итоге 27-летняя Надежда окончательно утратила шанс иметь детей.

Григорьева уверена: доктора сделали неточность, за которую должны понести ответственность

В последних числах Июня в Петербурге должно состояться очередное, 9-е, совещание суда по иску Надежды Григорьевой (фамилия поменяна) против частного медучреждения. Доктора данной поликлиники, куда она легла на плановую и несложную операцию, якобы без ведома пациентки удалили пара серьёзных внутренних органов. В итоге 27-летняя Надежда окончательно утратила шанс иметь детей. Григорьева уверена: доктора сделали неточность, за которую должны понести ответственность.

Доктора отрицают это, они уверены в том, что, напротив, спасли даме жизнь. Процесс продолжается полтора года, но шансов на скорое завершение дела нет фактически никаких. Надежда пришла в сознание в реанимации от сильной боли. "Я ощущала, что со мной что-то случилось. Что?!" — дама задавала данный вопрос медсестрам, докторам.

Те отворачивались. "Через пара дней, придя в сознание, ночью я поднялась и прямо так — с торчащими из живота трубками — дошла до сестринского поста. Отыскала в том месте собственную историю заболевания и выяснила, что мне удалили… ". Надежда ложилась в клинику незадолго до свадьбы. Ей должны были сделать простую, надёжную плановую операцию — "подшивание" связок матки.

В действительности удалили целый орган. Вера в светило У Надежды имеется ребенок — девочка от первого брака. Беременность ею протекала не легко. Она продолжительно лежала на сохранении. Доктора лишь руками разводили: "У вас все порядке, возможно, это — нервное". Ребенка Надежда родила сама, но девочка была не совсем здоровой.

Испугавшись трудностей, ушел супруг. Надежда поднимала дочь в одиночку. Трудилась инженером на одном из норильских фирм. В то время, когда дочке исполнилось пять, Надежда влюбилась и снова собралась замуж. "У меня было сильное желание родить от этого человека.

Он также желал ребенка". Именно в то время в Норильске делились опытом гинекологи из Петербурга. Осмотрев Надежду и не найдя никаких отклонений, они дали совет все же приехать на консультацию. В осеннюю пору 1994 года Григорьева прилетела в Санкт-Петербург на обследование. В поликлинике Св. Георгия ей легко поставили диагноз: синдром Аллена-Мастерса.

В том месте же и устранили болезнь. Но с беременностью рекомендовали хотя бы полгода подождать. Но через пара месяцев у Надежды опять начались неприятности со здоровьем. В мае 1995-го она снова прилетает в Санкт-Петербург на консультацию и идет в одну из самых дорогих и респектабельных клиник — Центральную медико-санитарную часть (ЦМСЧ) № 122.

Ее направили к светилу отечественной гинекологии — доктору наук Виктору Баскакову. — Доктор наук заявил, что нужна полостная операция, но затем, как он уверял, я смогу еще много раз рожать, — говорит Надежда. — И я дала согласие. Заплатив деньги в кассу медсанчасти, Надежда легла в клинику. Надежду не позаботило, что ни соглашения на оказание платных медицинских одолжений, ни кроме того согласия на операцию подписано не было. Роковая операция …Итак, из подсмотренной истории заболевания она выяснила, что матерью ей сейчас не быть. Через пара дней сказал ей об этом и Баскаков. — Он заявил, что прямо на операционном столе нашёл у меня тяжелейший случай эндометриоза — болезни, которая начинается так же, как рак. И что еще чуть-чуть, и было бы поздно…

Я готова была руки ему целовать за спасение, — вспоминает Надежда. Доктора дали совет пациентке никому не рассказывать о том, что ей удалено: "Мужики все равно не осознают. А не сообщите — ни при каких обстоятельствах и не увидят". Ее выписали со привычным уже диагнозом "синдром Аллена-Мастерса".

Прописали сильный антидепрессант — амитриптилин. ("Выпиваешь его — и все безразлично", — говорит дама). Возвратившись в Норильск, она никому — ни жениху, ни кроме того матери не сообщила об подлинной операции. Нормально трудиться на прошлом месте Надежда уже не имела возможности. По окончании операции она превратилась в развалину. "У меня были сильные головные боли, боли в позвоночнике, нарушилась работа кишечника, одолела депрессия", — говорит Григорьева.

И снова она отправилась в Санкт-Петербург в ЦМСЧ-122 в надежде, что ее вылечат. Встретили прекрасно, принялись лечить, за деньги, конечно: иглорефлексотерапия, барокамера, психоаналитик. "Четыре часа его консультации стоили как авиабилет из Норильска в Санкт-Петербург", — говорит она. Психоаналитик якобы дал совет Надежде выйти замуж за импотента. (Отыскать этого эксперта не удалось — 2 года назад уволился без следов).

Они лечили, а ей, говорит она, становилось хуже. Заработанные на Северах деньги заканчивались. Надежда реализовала квартиру в Норильске.

Практически превратилась в калеку. По стеночке ходила в туалет. По вызовам "скорой" попадала в различные поликлиники. Доктора ставили различные заключения, потому что Надежда настойчиво не признавалась, какую она перенесла операцию.

Клятва молчания По окончании нескольких лет мучений (был уже 2000 год) Надежда отправилась в районную поликлинику и все поведала. "Для чего вам сделали эту операцию?!" — первое, о чем задала вопрос Григорьеву районный эндокринолог. Надежда ходила по вторым докторам и везде слышала приблизительно одно да и то же: "Для чего дали согласие на удаление, у вас же не было никаких показаний!". Но, определив, кто делал операцию, доктора отказывались записывать собственный вывод в медицинской карте. — Я осознала, что меня покалечили, — говорит Надежда. — Операция уничтожила мою жизнь и жизнь моей дочери, по причине того, что, не считая меня, о ней заботиться некому. В августе 2000 года Григорьева подала в суд сходу два иска к ЦМСЧ-122. Первый — "о признании недействительным договора оказания платных медицинских одолжений". Второй — "о взыскании компенсации морального ущерба", что она оценила в 2,5 миллиона рублей. — Я юная, прекрасная дама, но вынуждена сейчас жить без поддержки и мужской любви.

Мне вряд ли когда-нибудь опять удастся выйти замуж, — растолковывает Надежда. — На оздоровительные процедуры и гормональные препараты я обязана тратить от 2000 до 5000 рублей в месяц, а где их забрать? "Она бы мучилась" По версии Григорьевой, на протяжении операции пожилой доктор наук Баскаков (тогда ему было под восемьдесят) совершил опытную неточность. Так ли это в действительности, и предстоит узнать суду. Но определить вывод доктора наук Баскакова уже нереально: он погиб в осеннюю пору прошлого года. Сохранилась аудиозапись его беседы с судьей на протяжении одного из совещаний. Баскаков: На протяжении операции был обнаружен… тяжелый разрыв связочного аппарата…

Судья: А возможно было не удалять Григорьевой орган? Баскаков: Нет. Запрещено. Судья: А из-за чего? Баскаков: Она бы мучилась…

Судья: Имела возможность ли истица жить дальше с эндометриозом? Баскаков: Имела возможность, но неврологические нарушения продолжали бы увеличиваться. Судебные скандалы Уже на первом судебном совещании по иску Григорьевой произошёл скандал.

Суду было представлено два полностью различных документа с однообразным заглавием — "история заболевания" пациентки Григорьевой. Ксерокопию собственной истории заболевания — увы, не заверенную нотариально — принесла Григорьева (ее сделали Надежде в ЦМСЧ задолго до суда). Подлинник истории заболевания предоставила поликлиника. — История заболевания, которую предоставила суду ЦМСЧ, была переписана! — утверждает Надежда. — В ней были полностью поменяны мои жалобы при поступлении, предоперационный эпикриз (заключение доктора), описание самого хода операции и послеоперационный эпикриз — все то, что имеет значение для суда. Вместе с юристом Общества потребителей, воображающим ее интересы, они заявили о подлоге. Дальше случились не меньше скандальные события. Судья Выборгского федерального суда Ольга Коломиец вернула ЦМСЧ-122 (ответчику, заинтересованной стороне) оригинал истории заболевания для снятия с нее ксерокопии.

А к следующему совещанию оригинал провалился сквозь землю. Заведующий отделением гинекологии ЦМСЧ-122 Александр Дячук предъявил справку из милиции о том, что документ у него… похитили. Наряду с этим принес нотариально заверенную ксерокопию похищенной истории заболевания. На мой робкий вопрос судье, запрещено ли было направить ксерокопию истории заболевания Григорьевой, которую ей сняли в свое время в поликлинике, на графическую экспертизу, дабы установить, рукой какого именно (каких) докторов сделаны в ней записи, Ольга Коломиец отвечать отказалась, а на мой интерес к этому делу прореагировала очень эмоционально: "Я не обязана перед вами отчитываться в собственных действиях!

Никаких комментариев! Никаких статей!" — выкрикивала она. Прошение о подлоге Григорьева послала в прокуратуру. 30 апреля этого года ей пришел ответ: "Установить факт подлога документов (медицинская карта стационарного больного Григорьевой Н.В.) не представляется вероятным в связи с отсутствием оригинала. На протяжении проверки установлено, что медицинская карта стационарного больного № 6139 Григорьевой Н.В. в апреле месяце 2001 года была утеряна заведующим гинекологическим отделением ЦМСЧ-122 Дячуком А.В.

По этому случаю управлением ЦМСЧ-122 было совершено служебное расследование. Приказом главы ЦМСЧ-122 № 2-в от 27.04. 2001 года Дячук А.В. привлечен к дисциплинарной ответственности". Дячук говорит, что Григорьевой верно удалили пораженный эндометриозом орган, потому что "эндометриоз — ужасная заболевание, которая может приводить к смертельным последствиям. Из-за чего Григорьева, — вопрошает заодно он, — не подала в суд шесть лет назад, а лишь сейчас? Думаю, она так получить.

на данный момент модно приобретать деньги по медицинским искам — совершенно верно так же, как модно автомобили на дорогах подставлять. Это бизнес!". По большому счету эта поликлиника прекрасно защищается от исков Григорьевой. Не обращая внимания на все усилия, мне, к примеру, не удалось поболтать с доктором, которая ассистировала проф. Баскакову на той злополучной операции, — Ларисой Анатольевной Шулико.

Заявили, что в поликлинике ее на данный момент нет — повышает квалификацию. Тот же Дячук сказал, что главный врач ЦМСЧ-122 Яков Накатис "советовал" персоналу поликлиники общаться с прессой лишь через пиар-менеджера клиники. Пиар-менеджер Ольга Морозова "настоятельно не рекомендует докторам общаться с прессой по делу Григорьевой до решения суда". Тупик Итак, суд зашел в тупик. ЦМСЧ-122 не представила никаких документов, в которых было бы зафиксировано согласие Григорьевой на операцию.

Во-вторых, не обращая внимания на настоятельные просьбы суда, поликлиника вот уже в течение года не имеет возможности найти и представить контракт, что она якобы заключила с Григорьевой на оказание платных медицинских одолжений. В-третьих, не доказано, что единственным методом лечения Григорьевой было удаление пораженного, согласно диагнозу, органа. И, наконец, "своевременно" пропавшая история заболевания также наводит на размышления… Кстати Обязаны ли доктора взять письменное согласие больного на операцию с указанием ее количеств? Вот что ответили в Департаменте развития и организации медицинской помощи населению Минздрава на соответствующий запрос Выборгского суда: "В соответствии с Базами законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22.07.1993 г. № 5487-1 нужным предварительным условием медицинского вмешательства есть информированное необязательное согласие гражданина. Согласие либо отказ от медицинского вмешательства с указанием вероятных последствий оформляется записью в медицинской документации и подписывается гражданином или его законным представителем, и медицинским работником.

Начальник департамента Р.А. Хальфин". Иными словами, в ЦМСЧ-122 доктора были обязаны взять письменное согласие Григорьевой на операцию или отказ от нее. Этого сделано не было.

Прямая речь Может ли доктор принимать радикальные ответы на протяжении операции, не заручившись согласием больной либо ее родственников? Вот вывод профессора медицины , гинекологии кафедры и профессора акушерства Петербургского национального медуниверситета им. Павлова Владислава КОРСАКА: — Обстановка в операционной иногда не редкость таковой, что намеченный заблаговременно замысел операции приходится кардинально поменять. В случае если появляется обстановка, угрожающая жизни и здоровью больного, то врач вправе сам принимать решения о нужном количестве хирургического вмешательства.

Справка "Известий" Согласно данным Американской медицинской ассоциации, от некачественно оказанной помощи в мире каждый год умирает 180 тысяч людей. — В Российской Федерации централизованной статистики по некачественному оказанию медицинской помощи не ведется, — говорит ведущий эксперт в области медико-правовой защиты юрфирмы "Бонус", глава юридического комитета Петербургского отделения Русском медицинской ассоциации Евгений Никитин. — В Санкт-Петербурге количество исков от больных к медицинским учреждениям по поводу недостатков лечения за последние 5 лет увеличилось в 2 раза. Причем, по словам Никитина, 15% исков подаются больными необоснованно, что подтверждено заключениями муниципального бюро судмедэкспертизы. Информацию о том, сколько исков пострадавшим больным удается победить, разнятся. К примеру, в аналитической записке Государственной думы к проекту Закона о страховании опытной ответственности докторов говорится, что в 60% случаев суды удовлетворяют требования больных. По словам Евгения Никитина, количество обращений больных в суды всегда растёт и будет возрастать в будущем. — Это может привести к тому, что доктора, опасаясь ответственности, избегать сложных операций.

Запрещено противопоставлять их и больных, поскольку нет ни одного способа лечения, что бы дал 100-процентный итог, — вычисляет Никитин. — Наровне с правами больных нужно сказать и о страховании опытной ответственности докторов. Согласно данным Российской национальной ассоциации медицинского права: Ненадлежащее оказание медицинской помощи Регион от общего объема медицинской помощи населению, % 45,4 Москва 71,5 Санкт-Петербург 63,0 Ивановская обл. 66,7 Тульская обл. 41,7 Калужская Просим отечественных читателей высказаться о затронутых в этих историях проблемах по адресу reader@izvestia.ru Написать комментарий

// пятница, 14 июня 2002 года

Дело Григорьевой

В последних числах Июня в Петербурге должно состояться очередное, 9-е, совещание суда по иску Надежды Григорьевой (фамилия поменяна) против частного медучреждения.

Доктора данной поликлиники, куда она легла на плановую и несложную операцию, якобы без ведома пациентки удалили пара серьёзных внутренних органов. В итоге 27-летняя Надежда окончательно утратила шанс иметь детей. Григорьева уверена: доктора сделали неточность, за которую должны понести ответственность
скопируйте данный текст к себе в блог:

// пятница, 14 июня 2002 года

Дело Григорьевой

В последних числах Июня в Петербурге должно состояться очередное, 9-е, совещание суда по иску Надежды Григорьевой (фамилия поменяна) против частного медучреждения. Доктора данной поликлиники, куда она легла на плановую и несложную операцию, якобы без ведома пациентки удалили пара серьёзных внутренних органов. В итоге 27-летняя Надежда окончательно утратила шанс иметь детей. Григорьева уверена: доктора сделали неточность, за которую должны понести ответственность Iiainoe NIE2 ? Новости net.finam.ru