Роман с эпитетом

Отечественный читатель уже успел забыть тайну имени Льва Гурского, телевизионный сериал "Досье детектива Дубровского", да и сами романы этого превосходного автора. Чтобы снова напомнить о Льве Гурском во всей своей наготе, кроме романа "Траектория копья" переиздан роман "Убить президента". Так, положено начало переизданию всех творений Гурского. Лев Гурский, как мы знаем, не литератор из США русского происхождения (либо напротив), как некогда нас старательно убеждали. И вовсе кроме того не Лев Гурский. А также не москвич, не смотря на то, что его романы полны столичными реалиями.

Кто как раз таковой Лев Гурский, лучше всех знает Роман Арбитман. Но, эта история уже забылась, лишилась привлекательности и блеска новизны, так что упоминать ее имеет суть только как литературно-исторический факт

Отечественный читатель уже успел забыть тайну имени Льва Гурского, телевизионный сериал "Досье детектива Дубровского", да и сами романы этого превосходного автора. Чтобы снова напомнить о Льве Гурском во всей своей наготе, кроме романа "Траектория копья" переиздан роман "Убить президента". Так, положено начало переизданию всех творений Гурского. Лев Гурский, как мы знаем, не литератор из США русского происхождения (либо напротив), как некогда нас старательно убеждали. И вовсе кроме того не Лев Гурский. А также не москвич, не смотря на то, что его романы полны столичными реалиями.

Кто как раз таковой Лев Гурский, лучше всех знает Роман Арбитман. Но, эта история уже забылась, лишилась привлекательности и блеска новизны, так что упоминать ее имеет суть только как литературно-исторический факт. Гурский — так Гурский, в итоге. Пускай кроме того американец. Слово "детектив" при обозначении литературного жанра сейчас редко употребляется без добавления какого-нибудь эпитета. В этом случае мы имеем дело не просто с детективом, а с детективом ехидным.

Ясно, что слово "ехидный" использовано, дабы не использовать привычного и монополизированного женщинами, выступающими на поприще остросюжетного чтива, слова "ироничный". Не смотря на то, что ехидности все же, предполагающей изрядное количество яда, отвращения и жёлчи к роду людской, у Гурского нет. Наоборот того — Гурский мягок и добр. И культурен. Почему-то сходу осознаёшь, что он носит очки.

Так как и культурному человеку не не разрещаеться сказать на криминальные темы, щеголять знанием таких слов, как "баклан", "фраер" и "стрелка", грезить о силе, ловкости и хладнокровии, благодаря которым действенный отпор (другими словами в морду) приобретают те, кто с покон веков к интеллигенции относится с презрением. Иными словами, храбрец-интеллигент с навыками супермена во враждебной среде сегодняшнего мегаполиса — вот что завлекает Гурского. Исходя из этого и его персонаж — милиционер и частный сыщик в отставке Яков Семенович Штерн ни словом, ни жестом не говорит о собственном милицейском прошлом.

И сам создатель в качестве реально-эпизодов и бытового наполнения сцен собственного романа прибегает к знанию либо только книжно-газетному, либо открыто интеллигентскому. Вправду, книжные магазины (к тому же блаженной памяти книжная лавка "19 октября") вместо дискотек, неуклюже картонные преступники и открыто театральная воздух столичной судьбе — все это достаточно наивно. Не смотря на то, что и мило. История о пропавшем фотографе Ганине, о прозрениях токсикомана Феди, о угрожающей Москве трагедии (с Востока идущей и оттуда же управляемой, очевидно), повествование о ловком и находчивом добродушно-ироничном сыщике Штерне либо "ехидный" детектив "Траектория копья", не обращая внимания на все старания держаться правдоподобия (Москва незадолго до празднования юбилея), преобразовывается в милую сказку, а груда фантасмагорических нелепостей и фактов украшается намёками и литературными цитатами на более либо менее известных персонажей столичного гуманитарного сообщества. А потому вправду все дело в эпитетах, в попытке культурной речи приспособить себя к современному детективу в частности и к современности по большому счету. Наименование всего проекта переиздания произведений Гурского ("Парк гурского периода"), с данной точки зрения, в полной мере символично.

Лев Гурский. Траектория копья. М.: Время, 2004. 512 с. Написать комментарий

// вторник, 23 марта 2004 года

Роман с эпитетом

Отечественный читатель уже успел забыть тайну имени Льва Гурского, телевизионный сериал "Досье детектива Дубровского", да и сами романы этого превосходного автора. Чтобы снова напомнить о Льве Гурском во всей своей наготе, кроме романа "Траектория копья" переиздан роман "Убить президента". Так, положено начало переизданию всех творений Гурского.

Лев Гурский, как мы знаем, не литератор из США русского происхождения (либо напротив), как некогда нас старательно убеждали. И вовсе кроме того не Лев Гурский. А также не москвич, не смотря на то, что его романы полны столичными реалиями.

Кто как раз таковой Лев Гурский, лучше всех знает Роман Арбитман. Но, эта история уже забылась, лишилась привлекательности и блеска новизны, так что упоминать ее имеет суть только как литературно-исторический факт
скопируйте данный текст к себе в блог:

// вторник, 23 марта 2004 года

Роман с эпитетом

Отечественный читатель уже успел забыть тайну имени Льва Гурского, телевизионный сериал "Досье детектива Дубровского", да и сами романы этого превосходного автора. Чтобы снова напомнить о Льве Гурском во всей своей наготе, кроме романа "Траектория копья" переиздан роман "Убить президента". Так, положено начало переизданию всех творений Гурского.

Лев Гурский, как мы знаем, не литератор из США русского происхождения (либо напротив), как некогда нас старательно убеждали. И вовсе кроме того не Лев Гурский. А также не москвич, не смотря на то, что его романы полны столичными реалиями.

Кто как раз таковой Лев Гурский, лучше всех знает Роман Арбитман. Но, эта история уже забылась, лишилась привлекательности и блеска новизны, так что упоминать ее имеет суть только как литературно-исторический факт Iiainoe NIE2 ? Новости net.finam.ru